Выступление президента Майи Санду на пленарном заседании Парламентской ассамблеи Совета Европы

Госпожа председатель Ассамблеи, госпожа Петра Байр, поздравляю Вас с избранием!

Господин генеральный секретарь Ален Берсе!

Уважаемые члены парламентов!

Уважаемые гости!

Сегодня я хочу говорить о двух войнах, с которыми сталкивается Европа, о том, как подвергаются нападению наши демократии, о том, как эти атаки усиливаются технологиями, и о том, что мы должны сделать, чтобы защитить наш мир, наш демократический выбор и нашу свободу.

Поскольку Молдова в настоящий момент занимает пост председателя Комитета министров Совета Европы, позвольте напомнить, что эта организация родилась как результат неспособности европейских демократий вовремя защитить себя. Как результат осознания того, что мир без демократической устойчивости недолговечен.

Устав Совета Европы однозначен.

Его цель — укреплять единство.

Защищать права человека.

Отстаивать демократию и верховенство права.

Не только как идеалы. Как системы, которые должны выдерживать давление, манипуляции и злоупотребления.

Совет Европы никогда не задумывался как зона комфорта.

Он задумывался как линия обороны.

И сегодня Европа снова находится в состоянии войны. Точнее, в состоянии двух войн.

Первая война — видимая, жестокая и разрушительная.

Россия ведёт против Украины масштабную военную агрессию. Разрушаются города. Гибнут мирные жители. Преднамеренно атакуется энергетическая инфраструктура. Этой зимой миллионы украинцев живут в темноте и холоде — не из-за погоды, а потому, что Кремль сделал замораживание гражданских лиц оружием войны.

Чтобы сломить волю нации, делая саму жизнь невыносимой.

Для большинства из нас такие страдания трудно представить. Но для украинцев это ежедневная реальность. И это обязывает нас не только к солидарности — но и к ответственности.

Для Молдовы эта война не является далёкой.

Мы понимаем, что нашим миром мы обязаны сопротивлению Украины.

Мы знаем, что если Украина падёт, Россия не остановится на Молдове.

Борьба Украины — это, следовательно, вопрос безопасности Молдовы, региона и Европы в целом. И именно поэтому не может быть прочного мира без привлечения России к ответственности за агрессию. Без справедливости война не заканчивается — она лишь прерывается и готовится вернуться.

Здесь Совет Европы играет жизненно важную роль — не как нейтральный наблюдатель, а как политический гарант демократических ценностей и международного права. Механизмы подотчётности, разработанные в рамках этой организации, включая реестр ущерба и усилия по обеспечению правосудия для жертв, имеют ключевое значение для восстановления доверия к правилам, которые защищают всех нас.

Но в то время как наше внимание по праву сосредоточено на этой войне, разворачивается и вторая война.

Это война против наших демократий.

 

Она менее заметна.

Но не менее опасна.

Эта война ведётся внутри наших обществ. Это гибридная война. Информационная война.

Война, направленная на то, чтобы разделить людей и подчинить наш разум и наши сердца.

Эта война ускоряется за счёт технологий, которых мы не видим и не до конца понимаем. За счёт алгоритмов, которые всё больше определяют, что люди читают, что смотрят и во что верят, при том что их логика в значительной степени остаётся непрозрачной.

Эти две войны неразделимы. Они взаимно подпитывают друг друга.

Военная агрессия России и её гибридные операции преследуют одну и ту же цель: подорвать, подчинить и разделить Европу.

Первая разрушает города.

Вторая разъедает доверие.

Первая использует ракеты.

Вторая использует деньги, нарративы и манипуляции.

Именно так атакуются демократии — изнутри.

В центре этой второй войны — два элемента: грязные деньги и грязная политика.

Грязные деньги подпитывают грязную политику.

Незаконные финансовые потоки делают манипуляцию масштабируемой и устойчивой. Они финансируют операции по влиянию, политический захват и дезинформацию, призванную расколоть общества и настроить людей против самих себя — против собственного государства, своей демократии и своей свободы.

Молдова была — и остаётся — на передовой этой второй войны.

На протяжении двух лет наша страна сталкивалась с масштабным вмешательством в выборы, которое носило многомерный характер.

Энергетический кризис, нацеленный на оказание экономического давления на уязвимых граждан.

Политическая коррупция, нацеленная на партии и кандидатов.

Информационная война на онлайн-платформах.

Кибероперации, направленные против институтов и избирателей.

Всё это преследовало одну цель: установить контроль над парламентом, поставить у власти правительство, контролируемое Кремлём, уничтожить нашу демократию, втянуть Молдову в сферу влияния России и использовать её против Украины и Европы.

А если этого не удастся добиться — дискредитировать выборы, спровоцировать беспорядки и подорвать доверие к нашим институтам.

Социальные сети стали центральными полями боя в этой войне. То, что мы увидели в Молдове, не было спонтанным выражением мнений. Это было организовано, профинансировано и усилено с помощью искусственного интеллекта.

Одна координированная сеть из чуть более чем 100 фальшивых аккаунтов в TikTok, действовавшая менее трёх месяцев, сгенерировала около 50 миллионов просмотров, более 100 000 комментариев и свыше 1,5 миллиона взаимодействий — в стране с населением 2,4 миллиона человек.

Целью было создать ложное впечатление всепоглощающего гнева и социального коллапса — чтобы истощить граждан, усилить страх и отбить желание участвовать в демократических процессах. И это был не единичный случай.

Мы задокументировали также деятельность сети влияния, уже выявленной европейскими партнёрами, которая за несколько месяцев произвела более тысячи скоординированных публикаций о нашей стране.

Эти сообщения набрали десятки миллионов просмотров и преднамеренно распространялись через якобы авторитетные голоса, прежде чем быть растиражированными фальшивыми аккаунтами.

Целью был имидж Молдовы за рубежом.

Когда традиционные пропагандистские каналы были ограничены, враждебные силы вновь адаптировались.

Контент, связанный со СМИ, аффилированными с Кремлём, доставлялся прямо в дома людей через мобильные приложения, полностью обходя регулирование в области аудиовизуальных СМИ.

Когда они были разоблачены, эти структуры не исчезли.

Они сменили домены и юрисдикции.

Они сменили названия и возобновили действия  в течение нескольких дней.

Такая адаптивность говорит об одном принципиальном моменте.

Мы сталкиваемся с профессиональными, хорошо финансируемыми, долгосрочными операциями — выстроенными на систематическом выявлении уязвимостей, опирающимися на транснациональную инфраструктуру и использующими правовые лазейки.

Молдова — не единственная страна, сталкивающаяся с такими вызовами.

Мы наблюдаем аналогичное давление по всей Европе.

Я горжусь тем, что Молдова противостояла этому натиску два года благодаря усилиям всего общества. Наши граждане продемонстрировали приверженность миру, Европе и демократии.

Но с сожалением смотрю на Грузию, где — несмотря на мужество грузинского народа, который продолжает отстаивать демократические ценности, европейские устремления и право решать собственное будущее — Россия сумела вернуть Грузию на  свою орбиту, используя страх перед войной и внушая мысль, что мир является ценой за «неправильный» избирательный выбор.

Сейчас Армения становится мишенью той же стратегии — направленной на подрыв суверенитета, влияние на демократический выбор и эксплуатацию внутренних уязвимостей.

Мы солидарны с Арменией и её народом в их усилиях противостоять этим давлениям и защитить своё демократическое будущее.

Среди всех способов ведения этой гибридной войны наиболее опасным для будущего наших демократий является информационная манипуляция, усиленная технологиями, непрозрачными алгоритмами и искусственным интеллектом.

Оставленная без контроля, ситуация приведёт к тому, что те, кто управляет технологиями, будут всё больше управлять тем, как думают люди.

Особенно меня тревожит влияние этой когнитивной войны на молодое поколение.

Если мы хотим, чтобы наши демократии могли противостоять манипуляции, мы должны защитить свободу молодых умов.

Это не только вопрос технологий или регулирования.

Это вопрос демократической устойчивости.

Доверие, критическое мышление и психическое здоровье — ключевые условия свободных обществ.

Совет Европы уже дал нам чёткую отправную точку: права ребёнка в полной мере распространяются и на онлайн-пространство, а государства несут ответственность за защиту   интересов ребёнка в цифровой среде.

Опыт Молдовы показывает, почему это важно: дезинформация действует путём истощения обществ — делая людей напуганными, разделёнными и недоверчивыми. И она особенно эффективна там, где молодёжь остаётся без защиты в цифровых пространствах, специально созданных для эксплуатации внимания и эмоций.

Это подводит меня к тому, что, на мой взгляд, мы должны сделать.

Один лишь долгосрочный подход не отвечает срочности этой угрозы.



Нельзя вмешиваться в ситуацию пациента с остановкой сердца, просто объявив о долгосрочной стратегии общественного здравоохранения.

Нужно действовать немедленно.

Стабилизировать пациента.

Остановить кровотечение.

И только затем инвестировать в профилактику и устойчивость.

Сегодня наши демократии находятся под прямой атакой.

Относиться к этой ситуации лишь как к долгосрочному вызову — в то время как выборами активно манипулируют, а институты дестабилизируют — значит оставлять демократии беззащитными именно в тот момент, когда им нужна защита.

Мы должны действовать с той же скоростью, с какой развивается угроза.

И мы должны защищать наши демократии, не предавая демократические принципы.

Здесь у Совета Европы — особая роль.

Нам необходим чёткий и всеобъемлющий юридический инструмент, касающийся иностранной информационной манипуляции и вмешательства — охватывающий вмешательство в выборы, концентрацию и захват СМИ, организованную преступность, киберпреступность, коррупцию и злонамеренное использование искусственного интеллекта и других технологий.

Этот инструмент должен позволить нам действовать до того, как вред будет нанесён — а не после.

После двух лет сопротивления российскому вмешательству вот что сработало в нашем случае.

Координированные кампании дезинформации необходимо выявлять и разрушать до того, как они повлияют на восприятие избирателями и исказят демократические дебаты.

В этом контексте журналистов и гражданское общество необходимо защищать.

Иностранное вмешательство и подставные лица должны быть разоблачены до того, как будет подорвано доверие к выборам.

Незаконное финансирование партий должно пресекаться до того, как его бенефициары придут к власти через избирательные урны.

Не могу переоценить важность выборов.

В демократиях они являются самым уязвимым — и самым важным — входным пунктом для иностранной манипуляции. Именно здесь доверие может быть разрушено быстрее всего, здесь дезинформация имеет наибольшее воздействие, и здесь незаконные деньги могут напрямую превращаться во власть.

Поэтому мониторинг должен начинаться за несколько месяцев до дня голосования и в полной мере охватывать онлайн-пространство.

Цифровое вмешательство необходимо выявлять в реальном времени, а не реконструировать постфактум.

А незаконные деньги нужно обнаруживать и блокировать до того, как они исказят волю избирателей.

Пресечение финансовых источников вмешательства, включая использование криптовалют, является ключевым шагом для остановки манипуляции в крупном масштабе.

Деятельность Финансовой группы действия (FATF) и MONEYVAL была чрезвычайно важна для укрепления рамок противодействия отмыванию денег в Европе. И Молдова в значительной степени приведена в соответствие со стандартами MONEYVAL. Однако наш опыт показывает, что даже надёжные системы предотвращения отмывания денег недостаточны.

Нам не хватало юридических и оперативных инструментов для быстрого реагирования на незаконные финансовые потоки, специально предназначенные для вмешательства в выборы.

Деньги подпитывают вмешательство. Технологии его усиливают. Поэтому мы должны ответственно регулировать цифровое пространство.

Интернет и социальные платформы укрепили свободу и связанность. Это одни из величайших изобретений человечества. Но ни одно изобретение не существует без правил. Электричество требует стандартов безопасности. Автомобили требуют правил дорожного движения — особенно рядом со школами. Цифровое пространство не является исключением.

Благополучие детей должно быть защищено.

Свобода выражения должна быть защищена от фальшивых аккаунтов, выдающих себя за свободные голоса.

Искусственный интеллект должен управляться с осторожностью.

В совокупности всё это — акты демократической самообороны. И именно они определят, останется ли демократия живой системой — или превратится в открытую мишень.

Поэтому мы должны двигаться быстрее, чем угроза, и перехватить инициативу.

Совет Европы был создан для таких моментов — не тогда, когда демократия находится в зоне комфорта, а тогда, когда она под угрозой.

Республика Молдова будет председательствовать в Комитете министров Совета Европы  в полном соответствии с этой ответственностью.

Благодарю вас.