Август 1991: Хроника неудавшегося переворота (II)

Первый день переворота в августе 1991 года начался победно для путчистов, но закончился наличием явных признаков того, что их инициаторы не приняли во внимание новые реалии СССР после 1985 года. После 70 лет сталинского тюремного заключения люди хотели свободы, а народы великой империи - независимости. Структуры власти в союзных республиках перестали быть бутафорскими. Их парламенты избирались демократическим голосованием и переняли большую часть прерогатив центра. Люди выбрали другую жизнь, нежели та, которую предложили путчисты.
В ночь с 19 на 20 августа на улицы вышли сотни тысяч москвичей. Начались братания мирных жителей с некоторыми из солдат, посланных с четким приказом принять репрессивные меры против протестующих. Ситуация стала еще более радикальной после того, как погибли три человека, пытавшиеся остановить колонну танков. Вскоре несколько моторизованных подразделений выстроились, чтобы защитить Белый дом от путчистов. Картина с Борисом Ельциным на танке разошлась по миру и за один день он стал самым популярным персонажем в мире. Часть армейских генералов стала вести переговоры с президентом России, а командующий спецназом ВВС Павел Гусев вместе со своим заместителем Александром Лебедем заявили о полной лояльности демократическим силам.
В армии и КГБ, учреждениях, которые 70 лет добросовестно выполняли приказы центрального руководства, начались конфликты, разногласия и прямые переходы старших офицеров в лагерь Бориса Ельцина. Спецназ «Альфа» отказался штурмовать Белый дом, где находилась штаб-квартира президента России. Напуганные этой уникальной ситуацией в советской практике руководители переворота приказали вернуть в казармы военных и спецназ.
Репортажи единственного центрального телевидения Москвы, транслировавшего в то время новости, становились все более смелыми, а нелепые коммюнике руководителей переворота перестали транслироваться. В Ленинграде региональное телевидение с охватом более 50 миллионов зрителей решительно осудило действия путчистов, а обращение Анатолия Собчака, депутата советского парламента, еще больше оживило протестующих. К вечеру 20 августа чаша весов склонилась в пользу демократии.
Между тем в Кишинэу все государственные учреждения охраняли тысячи безоружных людей, которые прибыли по призыву молдавского руководства. Это было вовсе не символично, потому что в ночь с 19 на 20 в районе Кишинэу наблюдались передвижения войск. Были источники в службе безопасности, которые сообщили о составлении списков людей, которых в случае успеха переворота нужно было изолировать. Это происходило как на национальном, так и на региональном уровне.
В этой ситуации руководство Республики Молдова приняло решение направить в Бухарест первого вице-президента парламента Иона Хадыркэ и министра иностранных дел Николае Цыу. Их миссия заключалась в создании правительства Республики Молдова в эмиграции в Румынии в случае успеха переворота. Представители Молдовы встретились с министром иностранных дел Румынии Адрианом Нэстасе, премьер-министром Петре Романом и президентом Ионом Илиеску. Можно предположить, что Илиеску не очень понравилась эта идея.
21 августа было созвано внеочередное заседание парламента Республики Молдова. В начале встречи ситуация по-прежнему была напряженной. Депутаты, враждебные демократизации, были полны энтузиазма и сделали явные заявления в поддержку путчистов. Нельзя сказать, что все депутаты-демократы сохранили ранее продемонстрированный боевой дух. Но большинство резко осудили попытку переворота. В то же время в Москве проходило внеочередное заседание российского парламента, который резко выступил против узурпаторов государственной власти. Ближе к полудню стало известно о возобновлении вещания на нескольких московских радио- и телеканалах. Ближе к вечеру начались соревнования между путчистами и соратниками Ельцина. Все хотели первыми прибыть в Форос и навязать Горбачеву свою точку зрения. Первым добрался А. Руцкой, близкий соратник Ельцина, который также помог изолировать первого и последнего советского главу государства.
К концу 21 августа атмосфера в парламенте Кишинэу также коренным образом изменилась. Те, кто открыто поддержал переворот утром, изменили свою тональность, а депутат Петр Шорников даже попросил удалить его послание в поддержку переворота из стенограммы заседания. Единогласно была принята Декларация парламента, цель которой заключалась в следующем: «В этот кризисный момент, когда демократические завоевания и реформы находятся под угрозой, парламент Молдовы выражает твердую решимость продолжать борьбу за суверенитет и независимость республики".
Продолжение следует